бесплатно рефераты

бесплатно рефераты

 
 
бесплатно рефераты бесплатно рефераты

Меню

Категории этики (эпоха античности – современный период) бесплатно рефераты

p align="left">Для христианской этики довольно остро встала проблема зла. Над ней размышляли и философы античности. Так, Платон в своем произведении «Государство» проводит мысль, что «для зла надо искать какие-то иные причины, только не бога», и осуждает Гомера за то, что у него Зевс оказался подателем не только благ, но и зла (379 с). Но все же следует признать, что в политеистичных религиях древнего мира вопрос о природе зла ставился в более мягкой форме, ибо ответственность могла перекладываться не только на людей, но и многих богов, титанов и т.д. Иная ситуация складывается в христианстве, которое провозглашает догмат о творении мира не из хаоса (как в мифологии древних греков), а из Ничего.

Все, что существует в мире, создано всеблагим Богом, который по определению творит лишь добро. Но в этом мире мы встречаемся лишь с отходом от моральных ценностей, с недостатком добра. Виновником этого является свободная воля человека. Кроме того, считал теолог, данную проблему следует рассматривать в мировых, вселенских масштабах, а не с позиции ограниченного и во времени, и в пространстве человека.

Появилось немало и других объяснений проблемы зла. Возникло целое направление богословской мысли -- теодицея, задача которой состоит как раз в доказательстве непричастности Бога к существующему злу (если вообще признается факт его, зла, существования).

Отцы и учителя церкви подчеркивали роль веры в нравственной жизни человека, а в своих классификациях добродетелей наиболее важными считали такие, как вера, надежда, любовь.

Таким образом, в средние века, когда существовало тотальное господство религии и церкви, важнейшие нравственные проблемы решались специфическим образом -- через призму религиозных догматов, в интересах церкви.

Эпоха Нового времени характеризуется глубокими переменами в духовной, экономической, политической сферах. Появляется новая разновидность христианства -- протестантизм, этическая доктрина которого в ряде пунктов заметно отличается от учения католической церкви. Протестантизм не только упростил обряды, но и морально возвысил повседневную жизнь человека, превратив ее в однообразную форму служения Богу.

Хотя позиции религии в Новое время остаются весьма прочными, все-таки духовная, в том числе и религиозная, жизнь общества становится более разнообразной. Во-первых, возникают самые различные направления протестантизма. Во-вторых, в Новое время получают известное распространение различные формы свободомыслия (атеизм, деизм, скептицизм, пантеизм и др.). Соответственно несколько иначе трактуются некоторые вопросы моральной теории.

Так, скептики М. Монтень (1533-1592), П. Бейль допускали возможность существования морали, независимой от религии, и даже заявляли, что и атеист может быть существом нравственным. Кант также полагал, что для себя самой мораль не нуждается даже в религии. Религиозные идеи о Боге как грозном судье, о загробном воздаянии, считал Кант (и не только он), являются важными побудителями к нравственному совершенствованию.

Заметная часть мыслителей Нового времени пыталась найти истоки морали в разуме человека, в его природе. Причем, и природа, и разум не всегда рассматривались в религиозном духе, а порой как явления достаточно автономные. Английские философы нередко исходили из устремлений эмпирического, «живого» индивида и истоки морали старались найти либо в его чувствах (Шефстбери, Юм), его интересах, стремлении к пользе (Бентам (1743-1832); Милль (1806-1873)). Последняя теория получила название утилитаризма (от лат. utilitas -- польза).

В XVII-XVIII вв. получает распространение теория разумного эгоизма (Спиноза, Гельвеций, Гольбах и др.). Согласно этой теории человеку просто невыгодно вести аморальный образ жизни, ибо на его злодеяния окружающие люди ответят тем же самым (по пословице: «как аукнется, так и откликнется»). И конечно же, человеку выгодно бороться против всего того, что мешается и его собственному счастью и счастью близких.

Следует подчеркнуть, что именно в Новое время этика приобрела глубокий гуманистический пафос, который сохраняется во многих отношениях до настоящего времени и стал ее отличительной чертой.

Этическая мысль конца XIX и всего XX века представляет собой довольно пеструю картину. Опираясь на достижения своих предшественников, она рассматривает вечные проблемы человека с различных мировоззренческих (религиозных и материалистических) позиций, с различной мерой использования достижений таких наук, как психология, генетика, социология, история и др. Обозревая данный период, стоит особо выделить духовные искания Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого, B.C. Соловьева, С.Н. Булгакова, Н.А. Бердяева и других выдающихся русских мыслителей, которые большое внимание уделяли нравственной проблематике. В XX веке этические исследования стали многостороннее, изощреннее. Но было бы, думается, опрометчиво утверждать, будто нравственные искания прошлых веков устаревают.

Сочинения Демокрита и Платона, Эпикура и Сенеки обращены, в конечном счете, к вечным проблемам отношения человека и Мира, человека и человека, к смысложизненным вопросам. Изобретение микроскопа или космические исследования, хотя, конечно, накладывают известный отпечаток на размышления по данным проблемам, но вряд ли они меняют их суть.

Анализу этических категорий придают большое значение современные западные философы.

Родоначальник интуитивизма в этике Дж. Мур, как он сам это подчеркивает, посвятил свою работу в первую очередь формулировке принципов анализа этических категорий „благо", „добро", „долг". Однако эти понятия, как и моральные суждения, он исследует сами по себе, в полном отрыве от их реального источника, отрицая какую-либо связь между категориями этики и фактами общественного бытия, Мур писал, что добро, понятие, которое он считал исходным для построения системы и выведения из него других этических категорий, -- это простое, неразложимое на составные части и несводимое к другим свойство, а потому -- неопределяемое рациональным способом.

Вопрос, каким же путем люди узнают, что есть добро, Мур решал в том плане, что содержание этого понятия устанавливается не благодаря опыту, а с помощью. .. интуиции, поэтому не нуждается ни в эмпирической, ни в логической аргументации.

В духе муровских „принципов этики" развивают свои концепции и представители деонтологической школы. Г. Причард, У. Росс, И. Йоргенсон, О. Джонсон, Э. Кэррит и другие видят свою задачу в рассмотрении моральных суждений с целью выявления данных опыта, на базе которого они формулируются.

Различие между муровской и деонтологической категориальными концепциями состоит лишь в том, что Мур считал исходным для построения этической системы понятие добра, а деонтологи -- понятие долга, отрицая при этом ту взаимообусловленность, которая существует между данными категориями.

Деонтологи вытеснили из понятия долга саму мысль об общественном благе как цели долга, лишив тем самым поступки объективно нравственного мотива.

К подобным же выводам, лишь на базе иной аргументации, приходят и представители неопозитивистской этики, которых интересует не что и как отражают этические категории, а всего лишь форма их языкового выражения. В книге американского философа Ч. Уэллмена „Язык этики" автор ставит перед собой задачу рассмотреть прежде всего моральный язык. Уэллмен совершенно игнорирует социальные, общественные отношения, на основе которых формируются понятия добра и зла, справедливости и долга, совести и счастья. Эпистемологический анализ морального языка, в частности, выявление соотношения знака и значения, заставляют его делать некоторые допущения, которые сводят на нет специфику этических категорий.

Специфика этических категорий состоит не только в их аксиологическом характере, но и в том, что моральная ценность, в отличие от других видов ценностей, включает в себя принцип долженствования как предпосылку своей объективизации. Как известно, именно этот момент и служит основной причиной отрицания научной значимости категориального аппарата этики со стороны подавляющего большинства современных буржуазных философов.

Пытаясь установить связь между добром и ценностью, профессор Мичиганского университета Дэвид Паркер в своей книге „Философия ценностей", заявляет, что по своему значению и содержанию эти понятия относительны, так как их смысл зависит от цели субъекта и его права придавать свой смысл тому или иному явлению или факту: „... Добро, смысл которого ищут все философы, -- пишет он, -- может быть определено лишь номинально, так как оно не имеет никакого отношения, никакой связи с реальностью. Поэтому не может существовать общего значения категории „добро", когда речь идет о хорошей дороге, хорошей женщине или хорошем боге... Содержание понятия „добро" не только различно для разных людей, но то, что выступает в качестве добра для одного человека, может легко стать злом для другого... Следовательно, не может быть общего по значению понятия „добро"". Для моральных ценностей нет общего в антагонистическом обществе -- общеклассового критерия и объективного основания; признание морального феномена ценностью целиком зависит от индивидуального сознания, от субъективной оценки.

Отдельные работы современных буржуазных философов, оставаясь в целом идеалистическими, содержат и некоторые рациональные тенденции в трактовке природы этических категорий. Л. А. Рид в своей книге „Пути познания и опыт" исходит из того, что моральное знание, сформулированное в виде суждений или категорий, может быть истинным или ложным, что этические категории „представляют абстракции, которые не могут быть поняты или изучены вне отношения к конкретным ситуациям, в которых они возникают. „Добро", „правильное", „долг" относятся к фактически существующим или возможным человеческим ситуациям, в которые люди, живущие в обществе, вовлечены, в рамках которых они выбирают или действуют". Определяя понятие „добро", Л. Рид согласен с тем, что оно традиционно было исходным для построения большинства этических систем. Л. Рид пишет, что вне конкретного, фактического контекста этические категории ничего не отражают и что только на основе фактов, реальных моральных ситуаций можно оценить поступки людей, установить сущность долженствования и дать правильное определение другим этическим категориям. Между понятиями „добро" и „правильное", замечает Рид, имеется непосредственная связь. „Правильное" придает соответствующее социальное звучание каждому действию или модели действия, которые признаются моральными.

Видя задачу этики в приближении содержания этических категорий, и, в частности, категорий блага, добра, справедливости к человеческим потребностям и целям, он весьма далек от конкретно-исторического подхода к исследованию этических категорий, не учитывает классовую обусловленность их содержания.

Но, тем не менее, господствующим в современной буржуазной этике остается отрицание связи этических категорий с объективными факторами, разрыв их ценностного и научного значения. Подлинная природа этических категорий получает всестороннее раскрытие только с позиций методологии диалектического и исторического материализма.

Категории как научные понятия отражают объективно сущее, выступающее в конкретных условиях как необходимое, закономерное.

Дескриптивность этических категорий фиксирует сущее, а их оценочный и нормативный характер отражает отношение к сущему с позиций должного, в чем выражается огромная программирующая (стимулирующая) роль морального сознания.

· Добро как наиболее общая этическая категория может быть раскрыто в следующих тесно взаимосвязанных аспектах, отражающих различные проявления морали:

1) как положительное нравственное содержание человеческой деятельности, рассматриваемое со стороны мотива и результата и позволяющее расценивать ее как приемлемую с точки зрения определенной системы нравственных норм поведения;

2) как позитивное содержание реально существующих нравственных отношений, соответствующих в принципе моральному идеалу;

3) как общее, объединяющее всю совокупность положительных норм и принципов данной конкретно-исторической формы морали, как идеал;

4) как нравственная цель поступка, переходящая в мотив;

5) как добродетель, моральное качество личности.

Добро, в широком смысле слова, отграничивает моральное от аморального и, в этом смысле, противостоит своей противоположности -- злу.

Что касается таких традиционных категорий, как долг, ответственность, совесть, достоинство, то их реальный смысл раскрывается через актуализацию того или иного аспекта добра или, другими словами, определенного соотношения общества и личности. Категория долга, например, фиксирует внимание на должном, поскольку указывает на отношение субъекта к обязанностям, обусловливаемым местом человека в системе общественных отношений, теми социальными ролями, которые характеризуют его трудовую, общественно-политическую и личную жизнь.

· Долг -- специфически моральная категория, поскольку она отражает не только суть обязанностей, которые необходимо исполнять, но и требует личной заинтересованности в их исполнении. Вместе с тем долг может быть охарактеризован и как сущее, когда имеется в виду, например, реально исполненный долг. В этом случае он одновременно есть и моральная оценка деятельности.

· Совесть правомерно назвать другой стороной долга. Ярко выраженное в долге внешнее императивное начало, в совести представлено как внутреннее самосознание, самооценка личного отношения к окружающему, к действующим в обществе нравственным нормам.

Совесть как самооценка (чувственная, рациональная) возможна только на основе знания норм общественной морали, ставших глубокими личными убеждениями, установкой к действиям.

Нравственные отношения могут быть представлены как система взаимных обязательств, а также моральных прав, влекущих за собой определенную подотчетность субъектов данных отношений перед обществом. Если моральные требования и вытекающие из них обязанности синтезируются в категории долга, а самооценка личного отношения к действующим нравственным нормам -- в категории совести, то отражение взаимосвязи между этими сторонами нравственных отношений составляет главное содержание категории моральной ответственности.

Самое общее содержание категорий этики формируется на основе повторяемости и причинной обусловленности действий, выражающих различные стороны отношений индивидов и общественной среды.

В поведении отдельных людей выявляются сходство; закономерно повторяющиеся элементы, дающие знание о сущности морального феномена, и из суммы этих знаний делается обобщающий вывод, выражаемый в той или иной категории. При этом любая из категорий так или иначе отражает закономерные связи между определенными целями и средствами их реализации, поступками и их последствиями.

Однако роль моральных ценностей, фиксируемых этическими категориями, не может быть раскрыта в полную меру только на основе выявления их предельно общего значения. Интересы общества и личности, их дифференциация и противоречивость создают моральные ситуации, которые могут стать источником особенного, идущего прежде всего от классовой специфики, содержания категорий.

Поскольку категории этики отражают сущее, а должное вытекает из сущего, то субъективные основания этических категорий (их императивно-мотивационная природа) представляют собой и стремление к идеальному, утверждение которого зависит от активной практической деятельности индивидов. Идеальное здесь выступает как объективная цель изменения существующих отношений в соответствии с должным.

Долженствование в сфере морали, как и вообще всякое долженствование, имеет непосредственное отношение к субъективной, творческой стороне деятельности, в ходе которой человек объективирует свои цели.

В должном выражается творческипреобразующая сила человека, его способность сознательно регулировать общественные отношения в соответствии с общественными идеалами.

Моральные ценности, а, следовательно, и выражающие их этические категории, не являются раз и навсегда данными, застывшими, неизменными. Историческое развитие с неизбежностью влечет за собою изменение социальной и моральной значимости общественных отношений, производит переоценку ценностей. Добро и зло меняются местами по прихоти истории, выявляя относительный характер ценностей, фиксируемых данными понятиями.

Ф. Энгельс считал рациональным утверждение Гегеля о том, что зло есть форма, в которой проявляется движущая сила истории, что в „истории каждый новый шаг вперед необходимо является оскорблением какой-либо святыни, бунтом против старого, отживающего, но освященного привычкой порядка".

Люди связывают моральные представления о добре и зле, долге, совести, достоинстве и чести с целями и мотивами труда, политической деятельностью, со средствами реализации целей и идеалов, с достигнутыми результатами. В этом смысле этические категории гетерономны, то есть, связаны не только со сферой собственно моральных отношений. Существует ряд категорий, содержание которых непосредственно фиксирует связь морального сознания с более широкой социальной (неморальной) сферой отношений. Такими категориями являются благо, справедливость, ответственность, счастье.

В понятии блага в наиболее общей форме фиксируются ценностные отношения, складывающиеся между человеком и внешним миром. Оно отображает способность объектов природы, материальной и духовной культуры служить удовлетворению жизненных потребностей субъектов, будь то отдельные индивиды или общность людей (коллективы, классы, общество в целом).

Следует различать смысловые оттенки понятий „блага" и „благо". Благами являются не предметы сами по себе, а предметы (объекты), используемые людьми для удовлетворения их потребностей в определенной мере и определенном отношении. Один и тот же предмет может быть и благом и злом в зависимости от того, какими своими свойствами включен он во взаимоотношения с субъектом потребностей.

Благо -- обобщенное понятие, указывающее лишь на один общий признак -- способность тех или иных объектов, включенных в общественно-преобразовательную деятельность, служить людям, удовлетворять их потребности.

Как этическая категория, благо имеет два значения:

а) отражение нравственной ценности внеморальных факторов человеческой жизнедеятельности (например, труда, познания, науки и культуры);

б) предельно обобщенное обозначение совокупности собственно моральных ценностей. В этом втором своем значении благо совпадает с категорией добра.

Реализация коренных общественных интересов является в конечном счете базой удовлетворения и личных, индивидуальных интересов. Поэтому не личные, а общественные интересы являются исходным пунктом в определении подлинной ценности моральных норм, принципов, категорий.

Соответственно, обеспечение общественного блага составляет основу, главное условие личного блага. Общественное благо как воплощение единства общественного и личного интереса в марксистской этике и представляет собою критерий объективного содержания добра, справедливости, а через них и всех других позитивных этических категорий.

Как известно, каждая этическая категория, взятая в отдельности, дает информацию лишь о некоторых аспектах нравственных отношений и морального сознания.

Многие этики прошлого осознавали необходимость построения системы этических категорий, однако большинство из них строило иерархию, в которой одна категория занимала определяющее место, а все остальные подчинялись ей:

a) Ранние санкхьи ставили на вершину пирамиды понятие ананда (счастье), а поздние эпигоны этой школы -- страдание;

b) Конфуций -- жэнь (человечность), а Сюнь-цзы -- долг;

c) Сократ -- высшее благо (истина, мудрость, добро), а Платон -- справедливость (мудрость, мужество, благородство);

d) Аристотель -- справедливость, а Эпикур -- эвтюмию;

e) Гольбах -- личный интерес, Гегель -- право и т. д.

В результате система категорий чаще всего воспроизводилась формально, искаженно, вне раскрытия логики, диалектически противоречивой связи и взаимообусловленности различных сторон морали, разрушалась целостность объекта отражения.

Категории блага, добра, зла, справедливости, долга, совести, достоинства, чести и др. определялись с позиций эвдемонизма, гедонизма, утилитаризма, эволюционизма и т. п., вольно или невольно порождая односторонность, абсолютизацию лишь одной грани или свойства морали.

Исследование истории формирования категориального аппарата этики делает возможным выявление в каждой из ее систем внутренней противоречивости, которая как бы выводит из круга данной системы в следующую. При этом переход от одной системы категорий к другой обеспечивается в итоге предметной деятельностью человека.

С полной определенностью, например, можно утверждать, что современная эпоха чрезвычайно актуализировала проблему моральной ответственности, во многом расширив, углубив и обновив ее содержание. В век научно-технического прогресса, крутых социальных поворотов, нарастания национально-освободительных и социалистических движений неизмеримо возрастает удельный вес категории смысла жизни, ставшей важнейшим узловым пунктом в постижении субъектно-объектных отношений в сфере морали, в отношении личности к жизненной перспективе.

Некоторые современные этические понятия, которые поначалу казались частными, описательными, со временем приобретают категориальное значение, отражая новые исторические взаимосвязи объекта этического познания.

Литература

1. Категории Этики. Словарь по этике под ред. А.А.Гусейнова.

2. Этика: курс лекций для ВУЗов. Л.А.Попов.

3. «Предмет и система этики» Под ред. Ст.Ангелова. М.-София-73г.

4. Дж. Лопарди «Этика и эстетика. История эстетики в памятниках и документах».

Страницы: 1, 2